deisis/ПРЕДСТОЯНИЕ

Иконный зуд

Никита Алексеев

Вопрос об отношениях религии и современного искусства — из каверзных и опасных. Современное искусство — порождение демократического сознания, агностического по своей сути. Оно не могло возникнуть ни из чего другого, кроме постулатов типа: «Я не знаю, истинно ли то, о чем говорит мой противник. Я убежден, что мое мнение — правдиво, хотя могу в этом сомневаться. Как и мой противник». Даже проповеднические тексты Малевича о «Царственном Младенце» — пресловутом черном квадрате, впервые выставленном на выставке «0. 10» в декабре 1915 года в красном углу вместо иконы, — не есть кощунственное иконоборчество. Это — соревнование с иными мнениями, и Малевич меньше всего на свете боролся с православной религией.

Конечно, религия — личное дело каждого, но вопрос зудит. Вспомним выставку молодых британских художников Sensation из коллекции тамошнего олигарха Чарльза Саатчи. Одним из ее главных экспонатов была работа художника нигерийского происхождения Криса Офили «Африканская мадонна»: нарисованная в народном духе чернокожая Богородица в окладе из слоновьих лепешек. Выставка потом переехала в Нью-Йорк, где мэр Джулиани попытался ее закрыть. И Офили пришлось объяснять, что навоз на его родине есть важнейший жизненный ресурс. Из него строят дома, им удобряют поля, на нем готовят пищу.

Так что слоновьи лепешки вокруг Богородицы ничем не отличаются от серебра, золота и драгоценностей. Одной из последних работ великого художника Энди Уорхола стала «Тайная вечеря»: шелкографическое воспроизведение фрески Леонардо да Винчи, только удвоенное. Два Христа, два Иуды, две чаши... Так что и Уорхола можно упрекнуть в нарушении канонов.

Что уж говорить о современном искусстве, касающемся религиозной тематики, в России, где президент и главные политики по большим праздникам фотографируются в церкви со свечками. (Представить Ширака, целующегося в Нотр-Дам с кардиналом Парижа, или Берлускони, публично лобызающего понтифика, невозможно, сколь бы истовыми католиками ни были главы европейских государств.) Когда начал размываться канон? В XV веке при Андрее Рублеве?

В XVI при Иване Грозном? В XVII — когда протопоп Аввакум выразился про икону Спаса, написанную Симоном Ушаковым: «Ноги как стульцы, а щеки в румянах, как у срамной бабы». И насколько верны канону чудовищные росписи ХХС и продукция софринских мастерских РПЦ?

На их фоне проект «Предстояние» выглядит по меньшей мере занимательно. Про его эстетическое качество говорить бессмысленно — не о том речь. Какое там письмо, какое мастерство, коли речь идет о новых технологиях и эстетике ночного клуба. Но вопрос зудит. Ответ дан пока скорее нелепый, но главное — кто-то осмеливается поднимать опасную тему. Что позволено Гибсону, то можно и Бондаренко!

автор идеи, продюсер:
Виктор Бондаренко

художник:
Константин Худяков

автор текстов, консультант:
Роман Багдасаров