deisis/ПРЕДСТОЯНИЕ

Кормилец

...Объясняя, как происходит трансформация человеческой натуры, Преподобный зовёт учеников максимизировать прибыль на рынке благодати: — Торгуйте добродетелями духовно, торгуйте теми из них, которые вам больший прибыток дают. Собирайте капитал благодатных избытков благости Божией, кладите их в ломбард вечный из процентов невещественных... примерно: дают вам более благодати Божией молитва и бдение, бдите и молитесь; много даёт Духа Божиего пост, поститесь, более даёт милостыня, милостыню творите; и таким образом о всякой добродетели, делаемой Христа ради, рассуждайте...

Взятые по отдельности, подвиги и занятия, которым предавался Серафим, уединяясь в лесу, были известны до его рождения. Однако он каждый раз реализовывал их заново, пропуская через себя.

[...] Ссылаясь на портреты Серафима, где он изображён в древнем клобуке, мантии и сжимает типичную для староверов лестовку, современные приверженцы старого обряда зачисляют его в «криптостарообрядцы». Последнее является столь растяжимым понятием, что при желании туда можно вписать любого православного, толерантного к формам «древляго благочестия» («не портящего края брады», например). Однако, не отрицать религиозных устоев своего народа и быть старообрядцем вещи совсем разные, в случае св. Серафима, который полемизировал с раскольниками, — взаимоисключающие. Помимо озимых обрядотерпимости, из коих заколосилось единоверие, лестовка, пропущенная сквозь пальцы Преподобного, символизирует его духовный путь.

Иноческие подвиги — ступени, по которым восхождение души осуществляется согласно строгой очерёдности шагов, учил Иоанн Синаит, автор «Лествицы» (VI в.), систематического руководства по монашеской аскезе. Если на русских иконах XV-XVI веков, «Лествица» представала в заурядном обличьи из 30-ти досочек-ступенек, то в XVII-XVIII-м столетиях напоминала многоярусный облачный столп, складываясь с символикой посмертных мытарств. Душа, олицетворяемая отроком, ступает по ненадёжным, парящим платформам, удерживаясь на весу не ими, а ведущим ангелом.

Вероятно, подобная картина разворачивалась в мыслях 7-летнего Прохора Машнина, пока тот карабкался на строящуюся колокольню. Кирпичи для неё поставляли родители. Взбираясь по времянке, пролёт за пролётом, мальчик решил, что та ведёт его на самое небо, к Царству Спасову, которое он видел на лубочных рисунках, иконах, в стенописи. Вот и самый верх: вокруг небо. Ступени плавно отъехали и Прохор поставил ногу на воздух...

...Уже несколько минут как потерявшая сына Агафья Фатеевна спохватилась: только что он лез к самому опасному месту, где ещё не приладили поручней, — Агафья заговорилась с мастером, — а теперь вовсе пропал.
— Проша! — нигде его не было.
Она перекрестилась от нехорошей догадки и глянула вниз. Вроде бы там стоял Прохор, а вокруг несколько работников, оживлённо машущих рукавами кверху. Сбежала, не помня себя.
— Где ж тебя носило?
— Тамотки, — параллельным тоном выговорил мальчик. — Шёл я, мамушка, по лестнице. Не браните меня! — уткнулся ей в пояс. — Я сторожко ступал, упасть не должон был...
— Ты и не упал, Проша, ангел сохранил тя, подхватил под рученьки, — мать прижала его голову к себе.

Единожды увидев незримые для прочих ступени, юный курянин теперь повсюду обращал внимание на лестницы. На Вознесение их пекут из теста. Чтобы помочь душе усопшего подняться к небу, лесенками угощают поминающих. А на могильных деревьях вешают верёвки, схожие с вервицами, по которым монахи считают молитвы. И добровольный подвиг чернеца и воздушные мытарства, ожидающие за гробом всякого, складывались трактом многоступенчатым:

Принесли душу к Божией лестнице:
Ступала душа грешная на первую ступень,
— Пятьдесят бесей возрадовались, сами к ней бегут,
Грехи раскатывают и рассказывают:
— Постой, говорят, душа грешная:
Ты наша сродница,
Ты нашу волю творила,
Бранилася, да не простилася.
Лестницу, возводящую от земной суеты к небесной окрылённости, будущий инок Серафим проходил без ропота, но и без задержек.

Обучение грамоте, счёту и другие предметы образования стали составной частью его инициационного цикла. Приступив к урокам с азартом, Прохор вдруг занемог. Во сне отроку явилась Царица Небесная и пообещала исцелить. Вскоре крестный ход с курской иконой «Знамение» вынужден был из-за дождя свернуть через двор Машниных. Как было принято, Агафья Фатеевна пронесла больного сына под святыней. Тот выздоровел, приступив к учёбе с новым рвением. Исполнилось первое обещание Богородицы Прохору... Эпизод чудесного введения в образовательный процесс есть в биографиях многих русских святых. Посвятительный перелом происходит в начале учёбы, когда избраннику даётся «ключ разумения». Определяющим становится первый урок, а не экзамен.

На ярмарке Прохор углядел занятный лубок. Лестница там и впрямь походила на ключ. Стержень его представлял перечисление 60-ти евангельских заповедей, головка — врата в рай с благословляющим Спасом, а на бородке размещалась «сладость житейска» — стол, ломящийся от явств, окружённый пирующими. Каждого, кто пытался покинуть застолье, караулили бесы. Одних соблазняли, других запутывали, третьих гнали обратно плётками, четвёртых пихали в силки. Лишь один безбородый юнец, зорко оглядываясь, смог добраться до изножия лестницы и успел положить руку на её перекладину. Уход из мира, который Прохор лелеял с младых ногтей, удаётся, когда стремясь к небесному, не пренебрегают мирскими обязательствами.

Расквитавшись с Курским городским обществом, Прохор получил нечто более весомое, чем увольнение, — материнский медный крест, реликвию её девичества. С ним отправился в паломничество до матери монастырей русских, Киево-Печерской Лавры. Оставление дома, путешествие к сакральному центру — классика аскетического становления. Если рассматривать действия Прохора под углом психологии, то они, вплоть до пострига, отвечают фазе сегрегации в мужском сценарии посвящения. Инициируемый максимально отдаляется от привычной обстановки.

Благословение, т. е. санкционирование личных планов, Прохор получил через келейное оконце от Досифея, затворника высокой жизни, оказавшегося после смерти девицей. Сие промыслительно: пройдут года и чуравшийся противоположного пола Серафим придаст решающий импульс ренессансу женского монашества. Поступление Прохора в Саровскую пустынь произошло на праздник Введения во храм Богородицы. Initiatio дословно переводится «начинание», «введение», а по-русски соответствует «посвящению», ведь в тот день Дева Мария была посвящена Господу.

Сегрегация подразумевает не только физическое удаление, но и перемену участи, психологическую перенастройку. Именно такую цель преследовали послушания, регулярно обновлявшиеся для Прохора старцами обители. Он успел поработать везде: от хлебни до столярни. Помимо присутствия на службах в храме, келейного правила, Прохор отрывал часы от сна, изучая творения Отцов. После прочтения «Лествицы» преп. Иоанна, он удостоверился: ступенек ещё хватает. [...]

Полностью эссе опубликовано в составе альбома: Бондаренко В. А., Худяков К. В., Багдасаров Р. В. ПРЕДСТОЯНИЕ. ДЕИСИС/ Вступ. стт. А. Морозова, Е. Андреевой, диак. А. Кураева. М.: Издательский дом «Военный парад», 2004.

 

автор идеи, продюсер:
Виктор Бондаренко

художник:
Константин Худяков

автор текстов, консультант:
Роман Багдасаров