deisis/ПРЕДСТОЯНИЕ

Протектор

...Со святителем Николаем связан удивительный тип деисиса, когда не он предстоит Господу, а сами Христос и Богоматерь обстоят Николая: по правую руку — Спаситель с Евангелием, по левую — Божия Матерь с омофором. Исторически эта сцена связана с Никейским собором, на котором Николай, глава Ликийской митрополии, возмутившись тезисами Ария, дал тому пощечину. За рукоприкладство в присутствии императора, Отцы лишили Николая архиерейства. По преданию, Спаситель и Богоматерь явились ему в темнице, и вернули знаки святительского достоинства. Но в «николаевском» деисисе заложен глубинный, поистине космический подтекст.

Почему икона Чудотворца находилась в каждой комнате? Почему всякий русский, входя в дом, прежде всего обращался к святому Николаю?

[...] Приобретение святынь неблаговидным путём не считалось преступлением: реликвии можно дарить, но собственника у них всё равно нет. Святынями распоряжаются сверхчеловеческие силы, они же определяют кому владеть/не владеть. Поэтому перевоз мощей святителя Николая из ликийских Мир в апулийский Бари в 1087 году и католиками и православными был признан достохвальным деянием. В честь «грабежа» греческих монахов даже учредили специальный праздник 9 мая по старому ст. Как указывает профессор о. Джерардо Чоффари, трудно найти во всей Европе хронику, которая не упомянула бы о перенесении мощей Чудотворца. Поднялась мегаволна почитания Николая, которая не спадает по сей день. В первую же ночь после прибытия мощей в Бари произошло 47 исцелений. Барийцы добились того, что их город сделался церковным центром области. Для XI века — великое достижение.

Однако феномен почитания Николая на Руси свидетельствует, что мощи в делах веры не основное. Главное: восприятие Николы своим, сродным по духу. Летописи повествуют о целом ряде вмешательств Чудотворца в ход событий. Взять хотя бы можайский тип изображения Николы, воплотившийся в деревянной скульптуре. Для донятых татарскими набегами можайцев Протектор явил себя с мечом и остенённым собором в руках.

Примерно с XIV столетия Можайск становится «священным», т. е. невъездным для иноверцев, городом. Летом 1593 г. туда не пустили под этим предлогом Николая Варкоча, посла немецкого императора, направлявшегося в Москву. В иных случаях для католиков (обычно нежеланных) делалось исключение. На вопрос протестанта Кобенцеля, может ли он поклониться образу св. Николая, москвитяне ответили, что да, если он исповедует «древнюю римскую, а не лютеранскую веру». В своей «Московской летописи» Мартин Бер рассказывает об австрийце Генрихе Канельсене, который, приехав в правление Бориса Годунова, «перекрестился, отрёкся от своего Бога, которого из детства исповедывал и поклонился Русскому Богу Николаю».

Столица спешит начертать лик Протектора над Никольскими воротами Кремля. «Никола — имя знаменито, победе тезоименито». От порохового взрыва, устроенного французами, образ Николая совершенно не повредился, не треснуло наружное стекло, не сорвался фонарь с негасимой свечёй.

В течении XV-XVI веков после явления Протектора, Можайск был ограждён от всех врагов. «Но стоило в начале XVII-го русским допустить, чтоб их святыню из Можайска унесли, как не замедлило проявиться страшное наказание: полный разгром лишённого небесной защиты Священного города!», — убеждён историк архитектуры Г. Я. Мокеев. Тем не менее, именно на подступах к Можайску, у села Бородино в 1812 г. дан был решительный бой армиям Наполеона. Войдя в город, захватчики бросились искать обложенную драгоценностями святыню, но так и не докопались — Никола был надёжно упрятан.

Можно составить отдельную книгу о ратной помощи Протектора: в годы сопротивления монгольским ордынцам, крымчакам, при осаде поляками Троице-Сергиевой Лавры, во время борьбы с интервентами на юго-западном направлении, при взятии Казани и покорении Сибири. Увеличим масштаб одного из вмешательств Протектора.

Величие Угрешского образа Николая было очевидно современникам, но сейчас не лежит на поверхности, требуя комментария. Московские цари совершали в Николо-Угрешский монастырь*, основанный по случаю явления иконы, регулярные паломничества. Иногда венценосцы отправлялись в «угрешские походы» пешком, как, например, Михаил Феодорович 5 мая 1620 г.

Образ Николая чудесно возник перед великим князем Дмитрием Иоанновичем по дороге на Куликово поле. Его роль в событии битвы заслонена монументальной группой, где князя благословляет Сергий Радонежский. Симфония авторитета и власти столь важна, что среди верующих не обсуждается. Между тем, не отягощённые церковным преданием скептики давно усомнились в реальности идиллии «Сергий + Дмитрий». Значит ли это, что благословения не было вовсе?

Здесь-то и вскрывается вмешательство Протектора. Сергий медлил с благословением не оттого, что противился политике великого князя, а из-за неподъёмной ответственности. Дело шло не о количестве жертв — о качестве. Собранные Дмитрием силы были «неприкосновенным запасом» генофонда**. Чего стоили одни князья белозерские, оплаканные Задонщиной. При любом исходе сражения основная часть воинов была обречена. Победа кардинально меняла лицо этноса, поражение — секло голову. Выступив навстречу Мамаю, Дмитрий так и не смог заручиться небесной санкцией.

Отойдя от Москвы на 15 поприщ он остановился. Князь рассматривал церковный клир как инструментарий — полезный, либо негодящий. Однако он был православным государем и верующим человеком. Дмитрий не испытывал священного трепета перед архипастырями, но боялся Бога. Вне сомнений: если бы он не обрёл дополнительного источника уверенности, то вполне мог пойти на попятную и уклониться от битвы. Прорись «Явления иконы «Никола на древе»» (1680-90-е гг.), где внешность князя соответствует дошедшим до нас словесным описаниям, показывает ключевой момент молитвы Дмитрия. Древо над шатром князя увенчано громадным образом свт. Николая с гирляндой из звёзд.

Если князь посетил Сергия в Троицкой обители, неясно, для чего понадобилось письменное благословение, о котором упоминают заслуживающие доверия источники. Но всё становится на места, если учесть, что первое, так сказать объективно-независимое, благословение Дмитрий получил от коломенского владыки Герасима вслед за молвой о явлении чудотворного образа на Угреше. По маршруту к месту сражения Коломна расположена следующим крупным пунктом. Лишь тогда выслал иноков с благословением и Сергий. Беспристрастный арбитр, когда речь шла о судьбе народа, он решился на это, убедившись в гарантиях Протектора. [...]

* Ныне территория гор. Дзержинска Люберецкого р-на Московской обл.
** В «Сказании о Мамаевом побоище» и русских сказках её символизирует «сеченая» берёза, под которой князь был найден после битвы.

Полностью эссе опубликовано в составе альбома: Бондаренко В. А., Худяков К. В., Багдасаров Р. В. ПРЕДСТОЯНИЕ. ДЕИСИС/ Вступ. стт. А. Морозова, Е. Андреевой, диак. А. Кураева. М.: Издательский дом «Военный парад», 2004.

 

автор идеи, продюсер:
Виктор Бондаренко

художник:
Константин Худяков

автор текстов, консультант:
Роман Багдасаров